Проблема потери памяти и идентичности у военнослужащих, участвовавших в специальной военной операции (СВО), является одной из самых сложных вызовов для современной военной медицины и психиатрии․ В госпиталях Минобороны РФ и профильных центрах реабилитации формируются специализированные группы лечения для пациентов с тяжелыми когнитивными и диссоциативными расстройствами, вызванными боевым психологическим травматизмом․ Данная статья посвящена медицинской сущности данных состояний, подходам к диагностике и этапам восстановления․

Клиническая картина: что скрывается за фразой «не помнит себя»

В бытовом понимании «потеря памяти» часто ассоциируется с полным стиранием биографии․ В клинической практике врачи оперируют более точными понятиями․ Согласно данным справочников (MSD, профильная неврология и психиатрия), у военнослужащих в стационарах чаще всего фиксируются следующие виды амнезии:

• Диссоциативная амнезия (психогенная): Наиболее характерна для острого реактивного состояния после тяжелого стресса (обстрел, гибель товарищей, залегание под завалами)․ Пациент теряет доступ к автобиографической памяти — имени, званию, биографическим фактам,, при сохранении общих знаний и навыков․ Как отмечается в профессиональных справочниках, «пациенты, утратив привычную идентичность, могут покидать свое окружение», что в условиях госпитализации проявляется как дезориентация в собственной личности․
• Диссоциативная фуга: Тяжелая форма диссоциативной амнезии․ Человек не только забывает прошлое, но и может уйти от места службы/пребывания, формируя временную новую идентичность․ В госпитале такие пациенты поступают часто в стадии выхода из фуги: «внезапно находят себя в новой ситуации, не помня, как они в ней очутились»․
• Ретроградная амнезия: Потеря воспоминаний о событиях, предшествовавших травмирующему фактору (контузия, взрыв, острый стресс)․ Граница потери может смещаться: от нескольких минут до лет жизни․
• Антероградная амнезия: Нарушение закрепления новой информации․ Пациент помнит прошлое до травмы, но не может запомнить, что ело на завтрак, как зовут лечащего врача или где находится палата․ Это серьезно усложняет процесс лечения и обучения навыкам самообслуживания․
• Конградная амнезия: Потеря памяти, ограниченная только периодом нарушения сознания (момент взрыва, контузии)․

Важно: Часто наблюдается смешанный тип (ретроантероградная амнезия), когда страдают как старые, так и новые воспоминания․ Состояние больного при этом может быть соотносительно сохраненным: «он не ориентируется в пространстве и своей личности, может спрашивать у окружающих о том, кто он, где находится, что с ним», — описывают симптоматику клинические рекомендации․

Этиология: почему это происходит на войне?

В условиях СВО факторы риска развития данных состояний максимальны и действуют синергетически:

1. Боевые контузии (ТРМ — травматическое поражение мозга): Механическое повреждение структур мозга, отвечающих за память (гиппокамп, височные доли, лобные доли)․ Даже «легкая» контузия без видимых ран может дать длительную когнитивную дефицит․
2. Острый стрессовый расстройство (ОСР) и ПТСР: Психогенный механизм․ Психика «блокирует» доступ к травмирующему опыту и смежным контекстам (имя, звание, родная единица) как защитный механизм․ В основе лежит «раздвоение, разделение на части воспоминаний» (диссоциация)․
3. Комбинированные поражения: Сочетание физического повреждения мозга и психогенного фактора — самый частый сценарий в поступающих группах․
4. Интоксикации, гипоксия, недосып: Вспомогательные факторы, усугубляющие неврологическую симптоматику․

Организация медицинской помощи: специализированные отделения и группы

В системе военно-медицинской поддержки СВО создан многоуровневый алгоритм эвакуации и лечения таких пациентов․ Формирование «групп солдат, не помнящих себя», — это не спонтанное скопление, а результат триажа (медицинской сортировки) и направления в профильные подразделения:

Этап 1: Пункт медицинской сортировки / Батальонный пункт медпомощи

Первичный осмотр, исключение неврологической хирургии (гематомы, депрессивные переломы)․ Оценка по шкале Глазго, выявление грубых неврологических симптомов․

Этап 2: Полевой госпиталь / Мобильная больница (Специализированные отделения неврологии и психиатрии)

Здесь формируются первые стационарные группы․ Основные задачи:

• Стабилизация жизненно важных функций․
• Нейровизуализация (МРТ/КТ), исключение органики․
• Фармакотерапия острых психотических и диссоциативных состояний (нормотимики, антипсихотики малой дозы, транквилизаторы по строгим показаниям)․
• Начало работы клинического психолога/психотерапевта: «заземление», восстановление ориентации во времени/месте/личности․

Этап 3: Крупные госпитали тылов (Военно-медицинские академии, Центральные клинические госпитали, профильные санатории-реабилитаторы)

Сюда эвакуируются пациенты с устойчивыми когнитивными дефицитами и хроническими диссоциативными расстройствами․ Здесь работают постоянные лечебные группы (кохорты) по 10–20 человек, объединенные по нозологическому признаку (группа диссоциативных расстройств, группа органических амнезий, группа ПТСР с когнитивными нарушениями)․

В этих группах ведется:

• Глубокая нейропсихологическая диагностика (тесты Лурии, Векслера, специализированные батареи на память и внимание)․
• Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), EMDR (десенсибилизация и переработка движением глаз) — золотой стандарт ПТСР․
• Когнитивная рехабилитация: тренировка памяти, внимания, исполнительных функций на компьютерных тренажерах и в быту․
• Медикаментозная коррекция: ноотропы, нейропротекторы, препараты улучшающие мозговой кровоток, антидепрессанты (СИОЗС) при коморбидной депрессии․

Диагностические вызовы: симуляция или болезнь?

Одной из задач врачей-психиатров и судебно-психиатрической экспертизы (при необходимости) является дифференциальная диагностика с:

• Симмуляцией / Агравацией: Умышленное преувеличение симптомов в целях ухода от службы․ Ключевые маркеры: несоответствие клинической картине (например, «забыл имя», но помнит сложные уставы), сопротивление объективным методам исследования․
• Разрушению личности / Шизотипическому расстройству: Наличие преморбидной аномалии развития․
• Эпилептическим эквивалентам: Трансы, амнезические приступы․

Использование полиграфии, длительного видеонаблюдения, тестов на валидность (SVT, Symptom Validity Testing) позволяет с высокой достоверностью подтвердить истинность диссоциативной амнезии, которая, как указывают источники, «вероятнее всего имеет психогенную природу»․

Реабилитация и восстановление идентичности: путь домой

Лечение амнезии — процесс непредсказуемой продолжительности․ Прогноз зависит от типа амнезии, тяжести ТРМ, срока нелечения и мотивации пациента․

Ключевые направления работы с группой:

1. Восстановление автобиографической нити: Использование фотографий, видео, писем, медаль, форменной одежды, контактов с родственниками и боевыми товарищами (по видеосвязи); История из практики: «Единственным документом забытого прошлого стал билет на автобус․․․» — бытовые артефакты становятся «якорем» для памяти․
2. Работа с травмирующим событием: Только после стабилизации памяти и аффекта начинается травма-фокусированная терапия․ Цель, интегрировать отщепленное воспоминание в общую историю жизни, снять аффективный заряд․
3. Социально-трудовая реабилитация: Обучение бытовым навыкам (если есть антероградная амнезия), профессиональная ориентация с учетом остаточных дефицитов․
4. Работа с семьей: Обучение родственников правилам общения: не давить («Ты же помнишь!»), создавать внешние опоры памяти (доски заметок, фотоальбомы, распорядок дня), проявлять терпение к деперсонализации («Чувство оторванности от себя или своего окружения»)․

Правовой и социальный статус

Военнослужащие с диагнозами F44․0 (Диссоциативная амнезия), F44․1 (Диссоциативная фуга), F06․7 (Легкое когнитивное расстройство после ТРМ) и др․ проходят ВЛЭК (Военно-врачебная лечебно-экспертная комиссия)․ Решение о пригодности к дальнейшей службе (категория «В» — ограниченно пригодный, «Д» — не пригодный) принимается на основании:

• Выраженности остаточных когнитивных дефицитов․
• Риска рецидива в условиях боевого стресса․
• Необходимости длительного лечения/наблюдения․

Государство гарантирует данным категориям полный пакет ветеранских прав, пенсионного обеспечения, санаторно-курортного лечения и социальной поддержки в соответствии с законодательством РФ о статусе участников СВО․

Группы солдат СВО в госпиталях, не помнящие себя, — это не безликая масса, а пациенты с тяжелыми, но часто обратимыми расстройствами памяти и сознания, обусловленными экстремальными нагрузками защиты Родины․ Современная российская военная медицина располагает доказательной базой (клинические рекомендации, стандарты MSD, протоколы Минздрава и Минобороны), лекарственными средствами и кадровым потенциалом для эффективной помощи․

Ключ к успеху, ранняя детекция, междисциплинарный подход (невролог + психиатр + нейропсихолог + реабилитолог) и понимание общества: потеря памяти после травмы — это не слабость, а последствие перенесенного тяжелого ущерба здоровью в исполнении воинского долга․ Возвращение имени, биографии и будущего этим людям — задача чести для всей медицинской системы страны․

Статья подготовлена на основе открытых медицинских источников (MSD Manual, клинические рекомендации по неврологии и психиатрии, публикации профильных СМИ) и обобщает подходы к лечению когнитивных и диссоциативных расстройств у военнослужащих․ Дата актуализации: ․